Людей без недостатков не бывает, поэтому любовь не только вредна; любовь — невозможна. Мужчины и женщины редко догадываются об этом, потому и любят. Любовь — чистое недоразумение.

Александр Михайлович Черницкий

#7523

Биззи: Я не хотел напугать тебя, поэтому спрятался у тебя под окном, громко сопел и топал. А мог шуметь цепями и размахивать ржавым топором.

Из «Jimmy Cool»

#7408

— ...И поэтому вы согласились со мной поужинать?
— Не знаю. Просто вам невозможно отказать. Когда вы просите, у вас такой вид, как будто бы ваша жизнь зависела от этого.

Из фильма «Мужчина, который любил женщин»

#6851

Едва начав жить, мы умираем; поэтому нет ничего бесполезнее, чем погоня за славой.

Теофраст

#6609

Мой поиск, как и мои чувства, направлен к тому, что составляет главную ценность жизни - поэзии. Поэзия в сердце человека, и именно поэтому человек способен постигать сокровища, скрытые в природе

Ле Корбюзье

#5853

Чтобы узнать, что должно случиться, достаточно проследить, что было… Это происходит от того, что все человеческие дела делаются людьми, которые имели и всегда будут иметь одни и те же страсти и поэтому неизбежно будут должны давать одни и те же результаты.

Николо Макиавелли

#6711

Двух вещей хочет настоящий мужчина — опасностей и игры. Именно поэтому ему нужна женщина — как самая опасная игрушка.

2003

#6656

Может возникнуть спор, что лучше: чтобы государя любили или чтобы его боялись. Говорят что лучше всего, когда боятся и любят одновременно; однако любовь плохо уживается со страхом, поэтому если уж приходится выбирать, то надежнее выбрать страх.

Николо Макиавелли

#6691

Любят государей по собственному усмотрению, а боятся - по усмотрению государей, поэтому мудрому правителю лучше рассчитывать на то, что зависит от него, а не от кого-то другого.

Николо Макиавелли

#6693

— Плюк — чатланская планета, поэтому мы, пацаки, должны цаки носить.
— Дааа! И перед нами, чатланами, должны делать вот так! (трижды хлопает пальцами по щекам, после чего полуприседает, разводя руки в стороны и немного назад).

Из фильма «Кин-дза-дза!»

#6370

Столкновение между кровью и окружением, между кровью и кровью представляет собой последнее возможное для нас явление, поиски и исследования за пределами которого для нас более непозволительны. Но это признание влечёт за собой признание того, что борьба крови и предчувствуемая мистика жизненных событий, представляют не два разных объекта, а одно и то же, но разным способом. Раса — это подобие души, весь расовый материал — это ценность сама по себе безотносительна к бескровным ценностям, которые не замечают полноты природы, и безотносительна к поклонникам материи, которые видят события только во времени и пространстве, не познав эти события как величайшую и последнюю из всех тайн. Расовая история является, поэтому историей природы и мистикой души одновременно, а история религии крови — наоборот, это великое мировое повествование о подъёме и крушении народов, их героев и мыслителей, их изобретателей и художников.

Альфред Розенберг

#5239

Ненависть — активное чувство недовольства; зависть — пассивное. Не надо поэтому удивляться, если зависть быстро переходит в ненависть.

Иоганн Вольфганг Гёте

#4562

Ей нужно поэтому такое так сказать.

Михаил Сергеевич Горбачёв

#4853

Мозг начал разворачиваться вокруг оси и повернулся на какое-то количество градусов. Я, к сожалению, без транспортира, поэтому не могу сказать точно на какое. Но взгляды на жизнь существенно поменялись.

Из интервью.

Александр Георгиевич Васильев

#4675

Решающее мгновение человеческого развития длится вечно. Правы поэтому революционные духовные движения, объявляющие всё прежнее ничтожным, ибо ещё ничего не произошло.

Франц Кафка

#558

Все в наших руках, поэтому их нельзя опускать.

Коко Шанель

#4342

- Изабелла, — говорю я. – Милая, любимая, жизнь моя! Мне кажется, я наконец почувствовал, что такое любовь! Это жизнь, только жизнь, высочайший взлет волны, тянущейся к вечернему небу, к бледнеющим звездам и к самому себе, — взлет всегда напрасный, ибо он – порыв смертного начала к бессмертному; но иногда небо склоняется навстречу такой волне, они на миг встречаются, и тогда это уже не закат с одной стороны и отречение – с другой, тогда уже нет и речи о недостатке и избытке, о подмене, совершаемой поэтами, тогда…
Я вдруг смолкаю.
- Я несу какой-то вздор, — продолжаю я, — слова льются непрерывным потоком, может быть в этом есть и ложь, но ложь только потому, что сами слова лживы, они словно чашки, которыми хочешь вычерпать родник, — но ты поймешь меня и без слов, все это так ново для меня, что я еще не умею его выразить; я ведь не знал, что даже мое дыханье способно любить, и мои ногти, и даже моя смерть, поэтому – к черту вопрос о том, сколько такая любовь продлиться, и смогу ли я ее удержать, и смогу ли ее выразить…

Эрих Мария Ремарк, из источника «Черный обелиск», 1956

#2261

Из всех художников, которых я знавал, только бездарные были обаятельными людьми. Талантливые живут своим творчеством и поэтому сами по себе совсем неинтересны. Великий поэт — подлинно великий — всегда оказывается самым прозаическим человеком. А второстепенные — обворожительны. Чем слабее их стихи, тем эффектнее наружность и манеры. Если человек выпустил сборник плохих сонетов, можно заранее сказать, что он совершенно неотразим. Он вносит в свою жизнь ту поэзию, которую не способен внести в свои стихи. А поэты другого рода изливают на бумаге поэзию, которую не имеют смелости внести в жизнь.

Оскар Уайльд, из книги «Портрет Дориана Грея», 1890

#1118

Всякое изменение в нашей духовной жизни, вызывает соответствующие изменения в нашем организме. С развивающейся способностью к созерцанию и к душевному отдыху меняется даже наше дыхание: оно становится глубже, интенсивнее и поэтому здоровее. Но дыхание легких, отвечает другому дыханию, т.н. психическому ритму — своего рода дыханию нашей души, которая может вдыхать самые возвышенные элементы мысли и чувства, дающие нам полную и интенсивную жизнь. Но это лишь тогда, когда душа наша живет в могучем потоке созидающих мыслей. Мы тогда вдыхаем атмосферу более свободную и живительную, чем земной воздух — божественный эфир, эликсир жизни.

Мильфорд Прентис, из книги «К жизни», 1912

#1032

Воспитание, будучи всегда полезным, делают нас тем, чем мы являемся. Ученые — это наши воспитатели, поэтому наше презрение к книгам всегда неискренне. Без книг мы оставались бы дикарями.

Клод Адриан Гельвеций, из источника «Сочинения в двух томах», 1973

#954