Может быть, неоднозначно это покажется, но дело заключается в том, что очень мало кто в то время понимал и верил в то, что вопрос идет не об идеологии, учитывая ваш вопрос, вопрос не идет о формах собственности, о хозяйствовании, о реформах, а вопрос идет о государстве. Что основная проблема, основной удар направлен против единого государства, а вовсе не против реформирования общественно-политического устройства государства. Наши, так сказать, как их тогда называли, диссиденты, сегодня, я не знаю, как они себя предпочитают называть, но большинство из них откровенно в последние годы признавались, что они метили в социализм, а попали в российское государство. На самом деле ведь вопрос заключался именно в том, будет единая страна или не будет. И все разногласия заключались именно в этом между, скажем, ГКЧП и Горбачевым, только в этом. И разногласия между Горбачевым и Ельциным были тоже только в этом. Все остальное это было, я бы сказал, некорректное использование различных форм и методов воздействия на общественное мнение в личной цели, в популярности личной. Вопрос стоял о государстве и о власти. Между нами и Горбачевым вопрос стоял — будет ли у нас единое союзное государство федеративное или будет конфедеративное. И этот процесс продолжался, грубо говоря, примерно два года. Наши конфликты они просто не выплескивались до поры до времени, но на самом деле это так и было. Потому что он, проиграв по сути дела референдум, тут же взял и организовал так называемый новоогаревский процесс, где, по сути дела, консолидировались все националистические силы и националистические лидеры. Это было известно, и эта борьба шла все время, вплоть до Верховного Совета. В официальных выступлениях на Верховном Совете и на съезде Горбачев проигрывал. Но, видимо, уже он далеко зашел в этом проигрыше. Потому что мое было представление, и оно остается, он страшно боялся потерять власть. Боялся потерять власть именно в силу того, что он видел реального на тот момент противника на президентский пост в лице Ельцина, это был для него реальный противник. И вот тут они как раз, грубо говоря, расходились именно с точки зрения уже личной власти. Ельцин готов был во имя власти, наверное, на все. А Горбачев тоже соглашался поступиться, как он говорил, принципами во имя только одного — удержаться на плаву в качестве президента или председателя чего угодно, какого-то нового союза, который он был готов создать в обмен на ликвидацию Советского Союза. Я думаю, что вы слышали, что в то время его очень активно пропагандировали в виде председателя Организации Объединенных Наций, откровенно ему предлагали пост президента нового так называемого союза, на который его как бы изберут по принципу выбора председателя Организации Объединенных Наций. И он на это был готов[2].

Валентин Сергеевич Павлов

 7563

Дрэйк: Возможно и я тоже вкушу, но я думаю что скорее всего что, когда мы встретимся в следующий раз, ты падёшь от моего.

Из фильма «Блэйд: Троица»

 7036

— А что ты думаешь об этом?
— То что я думаю тебе не важно, главное — что думаешь ты.

Из фильма «Пляж»

 7058

Не думаю, что мы и мужчины равны. Мы выше.

Барбра Стрейзанд

 6898

Я думаю, что артист — это частица народа, и, когда у него есть это ощущение, он раскрывается по-настоящему. Я хочу, чтобы все наши юноши имели возможность развиваться, сочиняют ли они музыку, добывают ли руду, выращивают ли хлеб. Именно такие возможности открывает правительство Народного единства. При нем народ получил право определять судьбу своей страны. Изменения, в которых мы участвуем, — это лучшее из того, что может происходить на моей родине…[1]

Виктор Хара

 6480

Я думаю, Иисус был сострадательным, сверхинтеллигентным геем, понимавшим человеческие проблемы. Будучи на кресте, он простил людей, распявших его. Иисус хотел, чтобы мы любили и прощали. Я не знаю, что делает людей такими жестокими. Попробуйте быть лесбиянкой на Ближнем Востоке — считайте, что вы труп.

 6288

 — Атос, Атос, уверяю вас, это ваша жена! — повторял д’Артаньян. — Неужели вы забыли, как сходятся все приметы?
 — И все-таки я думаю, что та, другая, умерла. Я так хорошо повесил ее…

Александр Дюма, из книги «Три мушкетёра», 1844

 6255

Я думаю, что мы намного более умны, чем мы были. Все знают, что абстрактное искусство может быть искусством, и большинство людей знает, что им, возможно, не нравится это, даже если они понимают, что есть другая цель в этом.

Рой Лихтенштейн

 5857

Очень мало людей, которых я действительно люблю и еще меньше тех о ком я хорошо думаю.

Из фильма «Гордость и предубеждение (фильм, 1995)»

 6336

 — Ну вот что я щас думаю?
— Что твоя жена по моргам звонит.

Из фильма «Кин-дза-дза!»

 6402

— ...да думаю в запой уйти
— Ой, там так хорошо ...у меня там тесть живет

Фёдор Двинятин (КВН)

 5334

Я увлекаюсь парусным спортом и, когда объясняю студентам, как функционирует экономика страны, сравниваю ее с яхтой в море. Чтобы дела шли хорошо, нужен ветер, - это заинтересованность. Руль - государственное регулирование. У американской экономики слабый руль. Нельзя делать так, как говорил Рейган: поднимите паруса, пусть их наполнит ветер, и идите в кабину коктейли пить. Так нас и на скалы вынесет, разобьет яхту вдребезги. У Советского Союза сейчас наоборот: ветер не наполняет паруса, а тогда и руль не помогает. Я думаю, что более правильно делают японцы. У них, конечно, есть частная инициатива, но и государство играет большую роль, влияя на развитие экономики в лучшем направлении. Из всех капиталистических стран, у которых в настоящее время можно чему-то поучиться, я бы выбрал не США, а Японию.

Василий Васильевич Леонтьев

 5256

 — И это называется тортик?!
 — Как вы думаете, Коля будет есть торт один или с друзьями, а? Как вы думаете? br /> — Я ничего не думаю, я никуда не по-ле-чу!

Из «Тайна третьей планеты»

 5198

Говорю [о Явлинском] то, что думаю. Точно так же, когда обо мне говорят, что думают, а даже не думая, говорят. Почему же я, думая, не могу сказать?

На пресс-конференции 21 января 1998 года.

Михаил Сергеевич Горбачёв

 4864

Каждое лето я хожу удить рыбу на Мэйн. Лично я очень люблю землянику со сливками, однако, обнаружил, что по каким-то странным причинам рыба предпочитает червей. Поэтому, когда ужу рыбу, думаю не о том, что люблю я, а о том, что любит рыба, и не насаживаю на крючок землянику со сливками. Отнюдь, а подвешиваю на крючок для рыбы червяка или кузнечика и говорю: "Не угодно ли отведать вот это?" Почему же не пользоваться этой логикой и в отношениях с людьми?

Дейл Карнеги, из книги «Шесть способов располагать к себе людей»

 4802

Я никогда не думаю о будущем. Оно приходит само достаточно скоро.

Альберт Эйнштейн

 3061

Мне наплевать, что вы обо мне думаете. Я о вас не думаю вообще.

Коко Шанель

 2880

– Я никогда не презирал роскошь, – сказал он, – хотя всегда презирал людей, купающихся в роскоши. Я взирал на то, что они называют своими развлечениями, и это казалось мне таким ничтожно-бессмысленным – после того, что я чувствовал на заводе. Я видел, как варят сталь, как по моему желанию тонны расплавленного металла текут туда, куда я хочу. А потом шел на банкет и видел людей, благоговейно трясущихся над своей золотой посудой и кружевными скатертями, словно не столовая призвана служить им, а они ей, словно не они владеют бриллиантовыми запонками и ожерельями, а наоборот. Тогда я убегал к первой же замеченной мною груде шлака – и они говорили, что я не умею наслаждаться жизнью, потому что думаю лишь о делах.

Айн Рэнд, из книги «Атлант расправил плечи», 1957

 1884

Думая о близкой и возможной смерти, я думаю об одном себе: иные не делают и этого.

Михаил Юрьевич Лермонтов, из источника «Герой нашего времени», 1839

 1475

Всю жизнь я страдаю оттого, что думаю о людях хорошо.

Братья Стругацкие, из книги «Второе нашествие марсиан»

 1142

И это все происходит, думаю оттого, что люди воображают, будто человеческий мозг находится в голове; совсем нет: он приносится ветром со стороны Каспийского моря.

Николай Васильевич Гоголь, из источника «Записки сумасшедшего»

 489

Иногда я думаю, что вы все просто очень ограниченные люди. Вы просто не способны задать вопрос: зачем?

Из источника «Стажеры», 1960

 347

Однажды ты узнаешь, что такое настоящая любовь, она и горькая и сладкая; я думаю, горечь для того, чтобы лучше оценить сладость.

Камерон Кроу, из источника «Ванильное небо»

 262