Мы в Японии производим лучшие телевизоры в мире, но это не мешает нам осознавать, что телевизор — это просто маленькое прозрачное окошко в трубе духовного мусоропровода.

Виктор Пелевин, из источника «Чапаев и Пустота», 1996

 4780

- Красота? - переспросил он задумчиво. - А что такое красота?
- Ну как, - сказал я. - Красота - это совершеннейшая объективация воли на высшей ступени её познаваемости.

Виктор Пелевин, из источника «Чапаев и Пустота», 1996

 4775

Ассортимент был большой, но какой-то второсортный, как на выборах.

Виктор Пелевин, из источника «Чапаев и Пустота», 1996

 4768

Все прекрасное, что может быть в человеке, недоступно другим, потому что по-настоящему оно недоступно даже тому, в ком оно есть.

Виктор Пелевин, из источника «Чапаев и Пустота», 1996

 4782

На самом деле слова "прийти в себя" означают "прийти к другим", потому что именно эти другие с рождения объясняют тебе, какие усилия ты должен проделать над собой, чтобы принять угодную им форму.

Виктор Пелевин, из источника «Чапаев и Пустота», 1996

 4785

 — Значит ли это, что этот момент, эта граница между прошлым и будущим, и есть дверь в вечность?
 — Этот момент, Петька, и есть вечность. А никакая не дверь. Поэтому как можно говорить, что он когда-то происходит?

Виктор Пелевин, из источника «Чапаев и Пустота», 1996

 4781

Так уж устроен этот мир, что на все вопросы приходится отвечать посреди горящего дома.

Виктор Пелевин, из источника «Чапаев и Пустота», 1996

 4776

Что же ждет поэзию? Ей совсем не останется места в новом мире — или, точнее, место будет, но стихи станут интересны только в том случае, если будет известно и документально заверено, что у их автора два хуя или что он, на худой конец, способен прочитать их жопой.

Виктор Пелевин, из источника «Чапаев и Пустота», 1996

 4778

Ум — это лошадь, впряжённая в коляску тела…

Виктор Пелевин, из источника «Чапаев и Пустота», 1996

 4779

 — Что меня всегда поражало, — сказал он, — так это звездное небо под ногами и Иммануил Кант внутри нас.
 — Я, Василий Иванович, совершенно не понимаю, как это человеку, который путает Канта с Шопенгауэром, доверили командовать дивизией.

Виктор Пелевин, из источника «Чапаев и Пустота», 1996

 4773

Любовь, в сущности, возникает в одиночестве, когда рядом нет ее объекта, и направлена она не столько на того или ту, кого любишь, сколько на выстроенный умом образ, слабо связанный с оригиналом.

Виктор Пелевин, из источника «Чапаев и Пустота», 1996

 4774

 — Мне не понравился их комиссар, — сказал я, — этот Фурманов. В будущем мы можем не сработаться.
— Не забивайте себе голову тем, что не имеет отношения к настоящему, — сказал Чапаев. — В будущее, о котором вы говорите, надо еще суметь попасть. Быть может, вы попадете в такое будущее, где никакого Фурманова не будет. А может быть, вы попадете в такое будущее, где не будет вас.

Виктор Пелевин, из источника «Чапаев и Пустота», 1996

 4784

По долгому опыту общения с солдатней я знал, что бесстыжее обсуждение интимных сторон жизни в низших классах общества выполняет примерно ту же функцию, что разговор о погоде в высших.

Виктор Пелевин, из источника «Чапаев и Пустота», 1996

 4772

Настоящее искусство тем-то и отличается от подделок, что умеет найти путь к самому загрубевшему сердцу и способно на секунду поднять в небеса, в мир полной и ничем не стесненной свободы безнадежнейшую из жертв всемирного инфернального транса.

Виктор Пелевин, из источника «Чапаев и Пустота», 1996

 4777

Практически, Петька, я тебе скажу, что, если ты боишься, нам обоим скоро хана. Потому что страх всегда притягивает именно то, чего ты боишься. А если ты ничего не боишься, ты становишься невидим. Лучшая маскировка — это безразличие. Если ты по-настоящему безразличен, никто из тех, кто может причинить тебе зло, про тебя просто не вспомнит и не подумает.

Виктор Пелевин, из источника «Чапаев и Пустота», 1996

 4771

 — Котовский понял, что формы нет. Но вот что воска нет, он не понял.
— Почему его нет?
— А потому, Петька — слушай меня внимательно — потому что и воск, и самогон могут принять любую форму, но и сами они — всего лишь формы.
— Формы чего?
— Вот тут и фокус. Это формы, про которые можно сказать только то, что ничего такого, что их принимает, нет. Понимаешь? Поэтому на самом деле нет ни воска, ни самогона. Нет ничего. И даже этого «нет» тоже нет.
Секунду мне казалось, что я балансирую на каком-то пороге, а потом я ощутил тяжелую пьяную тупость. Мысли вдруг стали даваться мне очень тяжело.
— Воска нет, — сказал я. — А самогона еще полбутылки.
Чапаев мутновато поглядел на стол.
— Это верно, — сказал он. — Но если ты все же поймешь, что его тоже нет, я тебе с груди орден отдам. А пока я его тебе не отдам, мы с тобой отсюда не выйдем.

Виктор Пелевин, из источника «Чапаев и Пустота», 1996

 4783

Совершенно непонятно было, что это за человек и почему он ездит в метро, имея харю, с которой можно кататься по меньшей мере в БМВ.

Виктор Пелевин, из источника «Чапаев и Пустота», 1996

 4767

Публика была самая разношерстная, но больше всего было, как это обычно случается в истории человечества, свинорылых спекулянтов и дорого одетых блядей.

Виктор Пелевин, из источника «Чапаев и Пустота», 1996

 4770

Весь этот мир — это анекдот, который Господь Бог рассказал самому себе.

Виктор Пелевин, из источника «Чапаев и Пустота», 1996

 4769

Память уверяет нас, что вчерашний день действительно был, но как знать, не появилась ли вся эта память с первым утренним лучом?

Виктор Пелевин, из источника «Чапаев и Пустота», 1996

 2446

Для бегства нужно твердо знать не то, куда бежишь, а откуда.

Виктор Пелевин, из источника «Чапаев и Пустота», 1996

 1199

Все мы в этой жизни дремлем. А просыпаемся лишь с ее концом.

Виктор Пелевин, из источника «Чапаев и Пустота», 1996

 861