У неё было два излюбленных выражения: первое — «Мы по-разному смотрим на вещи», и второе — «В принципе я права, но готова уточнить некоторые детали».

Генрих Теодор Бёлль, из источника «Глазами клоуна», 1963

 4515

«Я должна идти той дорогой, которой должна идти». Она дожила почти до двадцати пяти и могла бы придумать что-нибудь получше.

Генрих Теодор Бёлль, из источника «Глазами клоуна», 1963

 4513

Всё, что я читал о так называемой физической любви и об иной любви, сказал я ей, кажется мне сущим вздором. Невозможно отделить одно от другого.

Генрих Теодор Бёлль, из источника «Глазами клоуна», 1963

 4521

Слушая их проповеди, можно подумать, что у них душа широкая, как парус, ну а потом они начинают строить козни и шушукаться по углам.

Генрих Теодор Бёлль, из источника «Глазами клоуна», 1963

 4518

Каждый раз я становлюсь жертвой собственной фантазии. …Всё, что другие люди считают чистой правдой, кажется мне чистыми выдумками. …Иногда я сам не знаю, что пережил в действительности: то ли, что вообразил себе так ясно, так осязаемо, или то, что со мной случилось на самом деле. Правда, я отчётливо помню мельчайшие подробности…

Генрих Теодор Бёлль, из источника «Глазами клоуна», 1963

 4524

Мне кажется, американцы сожгли бы на костре сострадательную женщину, объявив её ведьмой, — каждую женщину, которая делает «то самое» не ради денег и не по страсти, а только из сострадания к мужской природе.

Генрих Теодор Бёлль, из источника «Глазами клоуна», 1963

 4522

…Человек творческий просто не в состоянии не делать то, что он делает: либо писать картины, либо выступать по городам и весям как клоун, либо петь, либо высекать из мрамора и гранита «непреходящие ценности». Художник похож на женщину, которая не в силах отказаться от любви и становится добычей первой встречной обезьяны мужского пола. Художники и женщины — самые подходящие объекты для эксплуатации, и в каждом импресарио есть что-то сутенёрское — от одного до девяноста девяти процентов.

Генрих Теодор Бёлль, из источника «Глазами клоуна», 1963

 4517

…Тайна злодеяний заключена в мелочах. Легче лёгкого покаяться в чём-нибудь большом, будь то политическая ошибка, супружеская измена, убийство или антисемитизм… Но разве может человек простить, если он знает всё до мелочей?

Генрих Теодор Бёлль, из источника «Глазами клоуна», 1963

 4519

Я беру жизнь такой, какая она есть, и никогда не забываю о канаве.

Генрих Теодор Бёлль, из источника «Глазами клоуна», 1963

 4514

Я мерзавец, но у меня есть оправдание — мне ужасно плохо, так плохо, что и не передашь.

Генрих Теодор Бёлль, из источника «Глазами клоуна», 1963

 4525

Всё, что я делаю, должно радовать меня самого, иначе я заболеваю.

Генрих Теодор Бёлль, из источника «Глазами клоуна», 1963

 4516

Существует хорошее словцо — «ничто». Не думай ни о чём — ни о канцлере, ни о «католоне». Думай о клоуне: он плачет в ванной и проливает кофе себе на шлёпанцы.

Генрих Теодор Бёлль, из источника «Глазами клоуна», 1963

 4526

Она ничего не поняла, а я ненавижу разъяснять поэтические образы. Либо меня понимают сразу, либо нет. Толковать тексты не моя специальность.

Генрих Теодор Бёлль, из источника «Глазами клоуна», 1963

 4512

Цонерер несколько раз обманывал меня, но он никогда не врал.

Генрих Теодор Бёлль, из источника «Глазами клоуна», 1963

 4520

Руки каждой женщины могут так много сказать — и правду, и неправду; по сравнению с ними мужские руки представляются мне просто кое-как приклеенными чурками. Мужские руки годны для рукопожатии и для рукоприкладства, ну и, конечно, они умеют спускать курок и подписывать чеки. Рукопожатия, рукоприкладство, стрельба и подписи на чеках — вот всё, на что способны мужские руки, если не считать работы. Зато женские руки, пожалуй, уже нечто большее, чем просто руки, даже тогда, когда они мажут масло на хлеб или убирают со лба прядь волос.

Генрих Теодор Бёлль, из источника «Глазами клоуна», 1963

 4523

Моя вегетативная нервная система не переносит некоторых форм извращённости. Мне становится страшно, когда я слышу такие выражения: «Так пусть же всё сущее существует, а всё парящее воспаряет…»

Генрих Теодор Бёлль, из источника «Глазами клоуна», 1963

 4321

Тайна злодеяний заключена в мелочах. Легче лёгкого покаяться в чём-нибудь большом, будь то политическая ошибка, супружеская измена, убийство или антисемитизм… Но разве может человек простить, если он знает всё до мелочей?

Генрих Теодор Бёлль, из источника «Глазами клоуна», 1963

 2704

Убивать эстетов, понятно, лучше всего дорогими предметами искусства, чтобы, испуская дух, они возмущались таким святотатством.

Генрих Теодор Бёлль, из источника «Глазами клоуна», 1963

 2509

Я любил ходить на фильмы для детей младшего возраста, потому что в них не рассусоливается вся эта взрослая чушь с изменами и разводами. В фильмах об изменах и разводах непомерно большую роль играет чье-нибудь счастье. "О любимый, дай мне счастье" или: "Неужели ты хочешь помешать моему счастью?" Счастье, которое длится больше секунды или больше двух-трех секунд, для меня пустой звук.

Генрих Теодор Бёлль, из источника «Глазами клоуна», 1963

 2141

Человек творческий просто не в состоянии не делать то, что он делает: либо писать картины, либо выступать по городам и весям как клоун, либо петь, либо высекать из мрамора и гранита «непреходящие ценности». Художник похож на женщину, которая не в силах отказаться от любви и становится добычей первой встречной обезьяны мужского пола. Художники и женщины — самые подходящие объекты для эксплуатации, и в каждом импресарио есть что-то сутенёрское — от одного до девяноста девяти процентов.

Генрих Теодор Бёлль, из источника «Глазами клоуна», 1963

 1340

Вы обращаетесь с любовью, как с бенгальским огнем... а она — динамит.

Генрих Теодор Бёлль, из источника «Глазами клоуна», 1963

 1037